Весной отец ездил обкатывать мотоцикл сам. Попутно нарабатывал навыки езды с коляской. До сих пор помню истерику мамы, когда уже где-то в мае папаня сказал:
-Поехали, покатаю.
После пяти минут слез, криков про "убить ребенка хочешь" мы были отпущены под клятвенное обещание объехать только вокруг квартала со скоростью не выше пешехода , ползущего на четвереньках
.Первую поездку особо не помню, как и большинство последующих, и вот почему. Во-первых, в коляске ездить в роли балласта от переворачивания откровенно скучно. Во-вторых, временами страшно. Сидеть жопой в 20 сантиметрах от земли с башкой на уровне колес большинства автомобилей было реально бздошно. А когда на прямиках папик давал газу, перещелкивая передачи, я бил его рукой по коленке, намекая, что хватит топить уже.
Какие же мы были неопытные. Будете ржать, но стук от раннего зажигания долго принимали за звон от прослабленной цепи, натягивая ее до состояния струны и удивляясь, что не помогает. А когда умные люди подсказали проверить момент зажигания, оказалось, что в инструкции порядок регулировки для цилиндров перепутан (опечатка). Доперли сами, продолбавшись с регулировкой полдня вместо получаса.
Был еще период , когда я убегал от мотоцикла подальше, когда батька начинал его заводить. А началось все вот как:
После обкатки инструкция рекомендовала удалить ограничитель подъема дроссельной заслонки, что и было сделано. После данной процедуры приступили к регулировке холостого хода. Винт количества крутили долго и безрезультатно, удивляясь, что роста оборотов не наблюдается. И вдруг двигатель заревел дурным голосом. Выключенное зажигание не помогло. Движок молотил, дымя и пугая меня до усрачки. Фантазии хватило только закрыть топливный кран и ждать, пока выработается бензин из поплавковой камеры (это теперь мозгов хватило бы закрыть ладонью диффузор). А дело было в заклинивающей с завода П-образной заслонке карбюратора К-65. При вращении регулировочного винта винта заслонка не двигалась, а потом выстреливала резко вверх. Но к технике я не допускался, да и желания особого не было.
Поэтому из воспоминаний есть еще ливень возле понтонной переправы в Гурьевке (была такая во время ремонта Варваровского моста), когда в потоках воды с неба реально можно было захлебнуться. Помню удивленные морды прохожих при виде промокших до трусов двух тел на мотоцикле с коляской , из которой вытекает вода. Из дождя мы въехали тогда в абсолютно сухой город (ливень был летний из разряда "местами").
Ну и осенняя поездка в октябре за картошкой куда-то в сторону Широкого Лана запомнилась. Назад из-за загруженной картофаном коляски пришлось ехать нажопником. При тепературе воздуха около +15 и при куцых штанах, не закрывавших икры до половины, кровообращение ног пришлось восстанавливать дома отмачиванием тушки в горячей ванне в течение довольно долгого времени.
Судьба "Юпитера" была типичной для большинства мототехники СССР - вынужденное транспортное средство в отсутствии автомобиля. Поэтому после приобретения "Таврии" мот долго ржавел в сарае и был продан батькиному коллеге где-то за 100 баксов.
До моего мотопробуждения оставалось 22 года...
